[[slotProps.postItem.title]]
Основная причина такого шага навстречу — ухудшение положения предприятий, связанное с пандемией.
Что случилось?
Рейтинговое агентство Fitch провело исследование и выяснило, что банки резко увеличили реструктуризацию долгов крупного бизнеса. Эксперты считают, что основная причина в ухудшении положения компаний. Но есть и другие реструктуризации, которые эксперты определяют как хорошие — связанные со снижением ключевой ставки ЦБ.
После того, как пик пандемии был пройден, российские банки столкнулись с ухудшением платежеспособности своих крупных заемщиков-юрлиц и стали активнее предлагать им реструктуризацию долгов.
По оценкам аналитиков, в июле 2020 года 11 системно значимых банков реструктуризовали 4,5% корпоративного кредитного портфеля. Это больше трети от всего объема кредитов, выданных компаниям, которые с начала кризиса превратились в проблемные. По статистике Центробанка, за период с 20 марта по 27 июля под реструктуризацию попали ссуды на 3,6 триллиона рублей, или 11,9% корпоративного портфеля крупнейших банков. По словам директора аналитической группы по финансовым организациям Fitch Антона Лопатина, в июле системно значимые игроки могли пересмотреть условия по кредитам бизнесу примерно на 1,3 триллиона рублей.
Почему крупный бизнес стал обращаться за реструктуризацией
По оценкам Fitch, банки с начала кризиса реструктуризовали порядка 10% совокупного кредитного портфеля. В сегменте МСБ и рознице кредитные договоры в основном пересматривались в апреле-мае, а в корпоративном кредитовании интерес к реструктуризации повысился в июле.
«Обычно реструктуризации корпоративных кредитов следуют с неким лагом за розницей и МСБ, так как эти кредиты амортизируются медленнее и у компаний также есть некий запас средств для обслуживания кредитов», — объясняет это несовпадение Лопатин. А руководитель практики по комплексному оздоровлению бизнеса KPMG в России и СНГ Артем Кириллов полагает, что такой существенный рост реструктуризаций — следствие снижения денежного потока компаний.
Управляющий директор группы корпоративных рейтингов агентства НКР Дмитрий Орехов считает, что весной послабления по обязательствам просили те юридические лица, которые не могли прожить без срочной реструктуризации. «В июне-июле стали реструктурировать свои кредиты те заемщики, которые не имели острой необходимости изменения условий кредитования в начале года, а также заемщики, по которым кредитное решение принималось в первом полугодии, а сделки проводились уже во втором полугодии», — уточняет Дмитрий Орехов.
По мнению Центробанка, в июне-июле банки пересматривали условия кредитных договоров, в том числе из-за снижения ставок в экономике. «Существенная часть реструктуризаций июня-июля обусловлена не ухудшением кредитного качества [заемщиков], а пересмотром ставок по кредитным договорам с крупнейшими заемщиками в условиях общего снижения ставок в экономике», — сказано в обзоре регулятора. Однако Банк России не исследовал, какая доля корпоративных кредитов попала под реструктуризацию из-за ухудшения финансового положения клиентов.
Центробанк 19 июня снизил ключевую ставку сразу на 1 п. п. «Прорывное снижение ключевой ставки ЦБ, вероятно, послужило толчком для активизации хороших реструктуризаций», — утверждает старший кредитный эксперт агентства Moody’s Ольга Ульянова. Она отмечает, что на 1 июля системно значимыми банками было реструктуризовано 7% корпоративных кредитов. «Надо полагать, ядро этих 7% — действительно плохие реструктуризации», — уточняет Ульянова.
Каковы прогнозы по росту реструктуризации
Аналитик Fitch Антон Лопатин полагает, что, скорее всего, вызревание портфелей продолжится во втором полугодии и в 2021 году, поэтому будут производиться дальнейшие реструктуризации. Однако при этом он не оценивает, какой объем корпоративных ссуд может перейти в категорию проблемных.
Его мнение поддерживает Ольга Ульянова, которая считает, что пик корпоративных реструктуризаций из-за ухудшения положения компаний еще не пройден. «Мы оцениваем, что плохие реструктуризации могут затронуть 10% и выше корпоративного портфеля банков, но, конечно же, не все из этих кредитов осядут в категории проблемных, ибо намечается тенденция к восстановлению экономики», — уверена она.
Дмитрий Орехов полагает, что доля реструктуризованных корпоративных ссуд будет расти несущественно — на 1-2%. «Либо заемщики уже смогли перестроить свои бизнес-модели (с или без реструктуризации кредитов), либо возможное ухудшение кредитного качества заемщиков не будет напрямую связано с пандемией», — уточняет он.
Как отразится на банках пересмотр условий для бизнеса
В ВТБ в начале августа спрогнозировали, что риски крупных клиентов-юрлиц могут сказаться на банках в третьем квартале этого года. По словам члена правления госбанка Дмитрия Пьянова, это будет вторая волна влияния пандемии на банковский сектор. Причем эксперт не исключает ситуации, когда переоценка платежеспособности крупных заемщиков потребует от банков наращивания резервов.
В марте Банк России на полгода ввел послабления для кредитных организаций по резервированию кредитов, попавших под реструктуризацию с начала кризиса, а затем продлил эту льготу до 1 апреля 2021 года. Но эти послабления, как напоминает Лопатин, распространяются на отчетность банков по российским стандартам (РСБУ), а в отчетности по международным стандартам (МСФО) кредиторам придется отражать накопившиеся проблемы заемщиков. «Зависит от политики банка и от того, как он классифицирует реструктурированные кредиты, но при прочих равных мы ожидаем досоздания резервов», — полагает аналитик Fitch.
Ранее крупные банки уже сообщали о значительном увеличении резервирования. Например, расходы Сбербанка на создание резервов на возможные потери по ссудам и переоценку кредитов в первом полугодии 2020 года выросли в 13,8 раза, до 340,7 миллиардов рублей. ВТБ тоже объяснял падение чистой прибыли в первом и втором кварталах расходами на резервы — 113,9 миллиардов рублей за первые 6 месяцев 2020 года.
Аналитик НКР Дмитрий Орехов считает, что послабления ЦБ для банков, конечно, поддержат качество их корпоративных портфелей, но не радикально. По его словам, у крупного бизнеса и так есть достаточная финансовая устойчивость. «Доля реструктуризованных кредитов, перешедших в дефолт, не ожидается более 10%, так как кредитное качество крупного бизнеса выше, чем у МСП», — отмечает Орехов.
Источник: РБК
